.jpg) «У России есть только два союзника: ее Армия и Флот. Все остальные при первой возможности ополчатся против нас», - так в XIX веке говорил русский император Александр III (1845-1894).
Так было всегда, задолго до правления Александра III, так продолжается и поныне... Испокон веков у Руси, кроме ее доблестных дружин, не было никаких союзников – одни завистливые и подлые соседи. Сколько раз пытались отнять у русских их просторы и волю. Кто только ни являлся на нашу землю «с мечом». Но непобедимо войско русское, и никому не удалось поработить этот народ.
«…Они любят свободу и не склоны ни к рабству, ни к повиновению. Храбры, в особенности в своей земле, выносливы, легко переносят холод и жару, недостаток в одежде и пище. Юноши их очень искусно владеют оружием», - писал в VI веке византийский император и писатель Маврикий.
Отчего-то сегодня принято, если и вспоминать ратные дела, то времен относительно недавних. И удивляться: как, откуда такие силы и героизм у русского солдата? И ломать головы над непостижимостью его подвига... А ведь ответы на все эти вопросы знает история.
 История помнит, что у Жукова, Рокоссовского, Нахимова, Суворова, Кутузова были удивительные предшественники. Один из них – великий князь Святослав. Святослав Игоревич, Святослав Храбрый, последний языческий князь Руси, верный сын своей земли, отважный и честный воин, презиравший роскошь, из всего трофейного богатства чтивший только оружие.
По мнению большинства историков, Святослав Игоревич – одна из величайших фигур в истории ранней Руси. Он вел успешные войны почти по всей Восточной Европе, освободил славянские княжества от хазарского подданства, а затем полностью разгромил Хазарский каганат, что имело огромное значение не только для Руси, но и для ряда стран Европы.
«Иду на вы!» - таким был его боевой клич. И его принцип. Святослав никогда не нападал на врага с тыла и считал своим долгом предупредить об атаке, бросить вызов.
«Мертвые сраму не имут», - сказал он своей дружине перед тем, как принять неравный бой. «Нам некуда уже деться, хотим мы или не хотим – должны сражаться. Так не посрамим земли Русской, но ляжем здесь костьми, ибо мертвые сраму не имут. Если же побежим – позор нам будет. Так не побежим же, но станем крепко, а я пойду впереди вас: если моя голова ляжет, то о своих сами позаботитесь». И ответили воины: «Где твоя голова ляжет, там и свои головы положим».
Со времен Маврикия прошло несколько сотен лет, но ничего не изменилось в оценке русских чужеземцами. «Сей, народ отважен до безумия, храбр, силен...» - сообщает византийский историк Лев Диакон (IX век).
.jpg) «Вступая в битву, - писали византийцы, - славяне идут на врагов со щитами и дротиками в руках, панцирей же они никогда не надевают. Иные не носят ни хитонов (рубашек), ни плащей, а одни только штаны, и так идут в бой.
Сражаться они любят в местах, поросших густым лесом, в болотах, на обрывах. С выгодой для себя пользуются засадами, внезапными атаками, хитростями, и днем и ночью изобретая много разнообразных способов.
Опытны они и в переправе через реки.
Мужественно выдерживают пребывание в воде, так что часто некоторые из числа остающихся дома, будучи застигнуты внезапным нападением, погружаются в реку. При этом они держат во рту специально изготовленные большие, выдолбленные внутри камыши, доходящие до поверхности воды, а сами, лежа навзничь на дне, дышат с помощью их. И это они могут проделывать в течение многих часов, так что совершенно нельзя догадаться об их присутствии.
В битве славяне пользуются также деревянными луками и небольшими стрелами, смоченными особым ядом, сильно действующим, если раненый не примет раньше противоядия».
«Попадая в плен, - сообщает летописец, - славяне сносили всякое истязание с удивительной твердостью, без вопля и стона, умирали в муках и не отвечали ни слова на расспросы врага о числе и замыслах их войска».
«Русы мужественны и храбры …Ростом они высоки, красивы собою», - вторит ему сирийский историк ибн Русте.
.jpg) А каким же еще может быть народ, сыновья которого рождались и росли воинами, иные женщины были обучены ратному делу, и главным богом которого был Перун – покровитель воинства?!
Перун – олицетворение грома и молнии, грозных и неподвластных сил природы. Он символизирует устрашающее начало и в то же время наделен авторитетом доверия и мудрости. Неслучайно Перун изображался всегда зрелым седовласым мужчиной в боевых доспехах. Русские князья в договорах с греками клялись Перуном и оружием.
...Текло время, словно вода, менялись исторические формации, социальное устройство, но с завидным упорством наши «драгоценные» соседи проверяли на прочность наши границы, на боеспособность – нашу армию, бесконечно жестоко испытывали наш народ. И всякий раз убеждались: русских победить нельзя!
Один из ярчайших примеров русской воинской доблести – оборона Петропавловска-Камчатского.
О подвиге солдат, офицеров и городских ополченцев, отразивших нашествие англо-французской эскадры в 1854 году, как это ни прискорбно, наши соотечественники на "большой земле" почти ничего не знают. А ведь это был истинный луч света в дыму Крымской войны (1853-1856).
«Заклятые друзья» России - Англия и Франция, по обыкновению снедаемые завистью и алчностью, снова зарились на наши территории. В тот раз - на дальневосточные окраины. Особо лакомым куском казался им Петропавловский порт – главная военно-морская база русских на Тихом океане. Имели они виды и на Аляску, Алеутские и Командорские острова, побережье Берингова и Охотского морей, Камчатку, Сахалин. Все это Англия и Франция собирались у России отнять.
Задача выглядела несложной: к началу Крымской войны наши дальневосточные границы прикрывались редкими малочисленными постами по 10-30 человек. Единственный на Камчатке военный гарнизон был в порту Петропавловска. Личный состав по штату укомплектован не был. К моменту вторжения в него входил 47-й флотский экипаж, строевые гребцы, экипажи шхун и ботов. На вооружении – несколько пушек, устаревшее оружие, у матросов и солдат – гладкоствольные ружья.
19 июня неожиданно подошле подкрепление - трехмачтовый фрегат «Аврора», а это 44 пушки и 300 человек экипажа под командованием опытного морского офицера И.Н. Изыльметьева. Днем позже подоспел корвет «Оливуца», а 24 июля на военном транспорте «Двина» из устья Амура прибыли 333 солдата.
Губернатор Камчатки В.С. Завойко обратился с воззванием к жителям города, окрестных сел и поселений, в котором говорилось: «...Я пребываю в твердой решимости, как бы ни многочислен был враг, сделать для защиты порта и чести русского оружия все, что в силах человеческих возможно, и драться до последней капли крови».
Горожане и военные совместными усилиями соорудили 7 батарей, насчитывавших 68 пушек. Руководил строительством инженер-поручик К.И. Мровинского.
Летом 1854 года 6 военных кораблей (4 фрегата «Президент», «Пайкс», «Форт», «Эвридика», бриг «Облигадо» и пароход «Вираго») двинулись к берегам Камчатки.
К тому времени число защитников Петропавловска было 988 человек вместе со всем пополнением, 18 русскими добровольцами и 36 охотниками-камчадалами (из коренного населения). Численное превосходство противника ужасает и сегодня: 2140 членов экипажей, 500 солдат морской пехоты, вооруженных дальнобойными штуцерами. Эскадра имела на вооружении 212 новейших пушек и бомбических орудий.
«На ободрение мое, сказанное перед сражением 24 августа я получил единодушный ответ: «Умрем, а не сдадимся!» - сообщит потом в отчете императору генерал-майор Завойко.
17 августа 1854 года англо-французская эскадра вошла в Авачинскую губу. Враг рассчитывал найти здесь незащищенную территорию, сразу ее разорить, а население уничтожить. Но наткнулся на подготовленные позиции и извечное упрямство и героизм русских людей.
Командующий объединенной эскадрой английский контр-адмирал Прайс, сразу поняв, что затея обречена на провал, и желая избежать позора, покончил с собой еще до главных боевых действий.
 20 августа произошло первое сражение. Основной удар противник сосредоточил на батареях, защищавших вход в гавань. Ему удалось подавить 1-ю батарею на мысе Сигнальном и 4-ю на Красном яре, но на песчаной косе устояла батарея № 2 под командованием лейтенанта Д. Максутова. Враг временно отступил.
24 августа начался интенсивный обстрел 3-й батареи, что между м. Сигнальным и Никольской сопкой. Десант из 700 человек попытался подняться на Никольскую, чтобы с нее спуститься прямо в город. Но путь им преградили 300 русских бойцов. Сопка стала главной ареной боя. На ее вершине стороны сошлись врукопашную. В итоге, не выдержав натиска русских, противник бежал. Подобрав остатки десанта, эскадра отступила, а 27 августа покинула Авачинскую губу.
От обстрела кораблями эскадры пострадало 16 петропавловских домов. В городе было найдено около 80 снарядов, на территории батареи № 2 – свыше 180 бомб и снарядов (ядра английских и французских пушек на берегу бухты, у подножия Никольской сопки находили еще в 40-е годы ХХ века).
 Потери с нашей стороны составили 37 человек убитыми, 78 - ранеными. Противник потерял около 350 человек.
24 августа на поле сражения были подобраны тела 38 французов и англичан. Несчастным суждено было навеки остаться в русской земле. 4 уцелевших ворога были взяты в плен. В числе трофеев – 56 ружей, 7 офицерских сабель и знамя Гибралтарского полка морской пехоты.
Победителей и побежденных похоронили у подножия Никольской сопки. В память о павших воинах - своих и чужих - была соружена часовня. И по сей день белеет она на склоне. На могилах солдат - кресты и пушки.
Вскоре о подвиге воинского гарнизона Петропавловского порта узнал весь мир.
Успех защитников далекой окраины на фоне неудач в Крыму произвел в России сильное впечатление. Петропавловск стал символом мужества и героизма. В его честь стали называть боевые корабли.
Вошли в историю имена героев: В.С. Завойко (губернатор), А.П. Арбузов, И.Н. Изыльметьев, Александр и Дмитрий Максутовы, В. Коралов, Н. Фесун (офицеры), Сунцов, Халитов, Данилов (рядовые), Васильев, Салтыков, Краснояров (охотники-камчадалы).
«...Славян всегда отличало неукротимое своевольство:  редкое совещание заканчивалось мирно – мечи обыкновенно решали их споры.
...Вождь, указывавший путь в землю неприятельскую, мог приобрести их доверие и повиновение только личной храбростью или особенным искусством и редко имел силу обуздать своих товарищей в бою: они сражались, где и как хотели.
Каждый славянин всегда бросался прямо в гущу врагов, и византийские легионы, несмотря на боевой опыт и численное преимущество, часто обращались перед ними в бегство», - утверждали современники наших далеких предков.
В этих строках, начертанных чужеземными летописцами, не просто история, в них – наш генетический код.
Прошли сотни лет, наступило 3-е тысячелетие, но ничего не изменилось. Чередой ползущие на нас «покорители», «завоеватели» и прочая нечисть с ужасом завещают потомкам: «Никогда не ходите войной на Русь...» Вот только потомки у них какие-то... на ухо туговаты, что ли. Или умом скудны? Не усваивают полезную информацию.
«...Но жестокие на войне, оставив во вражеских владениях долговременную память от ее ужасов, они возвращались домой с одним своим природным добродушием». Это снова о наших предках.
Современный историк говорит: «...Славяне не знали ни лукавства, ни злости, хранили древнюю простоту нравов, неизвестную уже, к примеру, тогдашним византийцам, обходились с пленными дружелюбно и всегда назначали срок их рабства, отдавая им на волю решение: или выкупить себя и возвратиться домой, или жить с ними в свободе и братстве», - дивились заморские наблюдатели.
Да, нас нельзя победить, но, оказалось, можно обмануть.
Нашелся предатель, который обманом сдал врагу "ключи от города". И уже который год Россию терзают, рвут на части, называя это реформами. У нее крадут и отнимают всё. Даже победы.
Победив в самой страшной войне ХХ века, мы день за днем проигрывали другую, непривычную для нас войну – информационную. Она не менее опасна, ее последствия куда более разрушительны. Но и в этой войне огромные потери несут наши Армия и Флот.
Оболганные, ограбленные, разогнанные, заплеванные - главные союзники России влачат сегодня жалкое существование. Так называемые реформы, сокращение срока службы, перевод на контрактную основу делают их небоеспособными.
Неужто история повторяется? Неужто русские обречены вечно воевать без оружия и малым числом против многочисленного, до зубов вооруженного врага? Неужели вновь, ценой огромных потерь, придется на ходу заново постигать ратную науку?
Не пора ли России вспомнить о своих единственных верных союзниках? И не 2 раза в год по праздникам, а помнить о них каждый день, каждую минуту! Давно ведь пора!
И еще пора поведать сегодняшним мальчишкам, что в очень недавние времена не считался мужчиной тот, кто хотя бы 2 года своей жизни не был воином, не послужил в Армии или на Флоте, не послужил России.
Марина КОНОНЕНКО
www.kamcity.ru
|
Сделать стартовой
Добавить в избранное
